Сможете обеспечить здесь, в Менске, еще одно исследование? Полное?

— Надо подумать…

— И долго будете думать? — немного невежливо спросил Данил.

— Ну, я… — Багловский не мог не заметить явной грубости. — Если связаться с Институтом биологии, там есть одна зацепка…

— Вот и свяжитесь, — сказал Данил.

— Нужно как-то объяснить Вере, она и так на пределе…

— Вот и объясните, — сказал Данил.

— Послушайте, Данил Петрович… Я что, все же в чем-то виноват в ваших глазах?

Разумеется, ни за что на свете Данил не мог бы ответить чистую правду: в конце концов, бывают случайные обмолвки, и не стоит с маху выдвигать версии…

— Ни в чем вы не виноваты, — сказал он после короткой паузы. — Просто…

Это был мой ученик, знаете ли. У меня не так уж много учеников, а Климов был из лучших. И потому настроение у меня препакостное. Вы уж не обижайтесь, лады?

— Лады, — кивнул Багловский с бледной улыбкой.

— Вот и прекрасно, внесли ясность. Ну, поехали в прокуратуру?

— А с этими что делать? — Багловский взглядом показал себе за спину, в сторону «девятки».

— А что с ними прикажете делать? — пожал плечами Данил. — Что бы мы ни делали, очевидного факта не скроешь: мы сюда прилетели расследовать смерть Климова… разумеется, ни в коей степени не нарушая здешних законов. Это очевидно для любого потенциального противника, а потому не будем дергаться…

— Можно вызвать машину и поставить контрнаблюдение…

— Рано, — сказал Данил. — Посмотрим, будут ли они за нами и дальше таскаться.

Он, конечно, не стал сообщать Резиденту, что контрнаблюдение уже выставлено, еще в аэропорту, на всякий случай, и у хвостов теперь есть свой собственный хвост. Полезно все же быть предусмотрительным…

…Прав оказался шофер. Водилы всегда все знают.